Библиотечная жизнь в столице Прибайкалья бьет ключом. Вопреки сопутствующим пандемии притеснениям афиши читальных заведений Иркутска пестрят мероприятиями на любой вкус: конкурсы, лекции, семинары, виртуальные экскурсии и круглые столы происходят здесь почти ежедневно. Предложение рождает спрос, и библиотеки медленно, но верно отнимают аудиторию музеев, театров и даже телевизионных каналов.
Как получилось, что девиз «Тишина должна быть в библиотеке!» больше не актуален? Когда зародился феномен «событийного книгохранения»? Что такое современная библиотека? С такими вопросами корреспондент «Альтаира» обратился к директору Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеки им. И.И. Молчанова-Сибирского Ларисе Сулеймановой.
– Иркутские библиотеки нынче славятся нестандартным подходом к работе. В последние годы люди у нас ходят в библиотеки не за книгами, а за неожиданными знаниями и впечатлениями. Как получилось, что Иркутск стал передовым «библиотечным» городом?
– Это сложный, многосторонний вопрос. Попробуем начать с самого начала. Новое здание «Молчановки» открылось 25 марта 2013 года. Очень нетипичная ситуация – в стране строилось мало библиотек: после нас открылась только новая библиотека в Пензе, и с тех пор специально построенных для библиотек зданий не возводилось. Уже до открытия мы собрались и стали размышлять о будущем. В ходе обсуждения пришли к выводу, что совсем скоро произойдет перезагрузка библиотечной системы. Тогда ощущалось некое безвременье: было непонятно, нужны кому-то библиотеки или нет? На уровне региона и муниципалитетов учредителям было довольно сложно доказывать, что в библиотеку нужно вкладываться, ее надо модернизировать и оснащать, менять форматы работы.
Думаю, первый положительный фактор, благотворно сказавшийся на качестве работы библиотечной системы в регионе, – это, конечно, повышение заработной платы работников сферы культуры. Сейчас средняя зарплата в муниципалитетах региона – 34 тыс. рублей, а на северных территориях даже больше. С повышением зарплаты у нас появилось моральное право требовать от людей работать более интенсивно. Большинство библиотекарей и без того были высоко мотивированными энтузиастами, а с хорошей зарплатой у сотрудников появилось совсем другое настроение и отношение к работе. Люди стали дорожить работой.
Второй положительный момент – в 2014 году был принят так называемый «Модельный стандарт деятельности общедоступной библиотеки». В нем был изложен минимальный набор работ и услуг, которые должны оказываться в библиотеке. Кроме того, там есть перечень форматов работы для библиотек разных уровней. В частности, там указано, что библиотека становится центром интеллектуального досуга и социальной жизни населения.
– «Молчановка» сейчас курирует областной проект по созданию модельных библиотек...
– Да, на базе «Молчановки» образован региональный проектный офис. Мы готовим пакет документов и передаем в федеральный проектный офис. Затем три федеральных министерства решают, кому давать деньги. Мы в этот проект буквально ворвались. В первый год реализации проекта мы выиграли шесть грантов для библиотек в Байкальске, Бугульдейке, Тулуне, Саянске, Заларях и Ангарске. В 2020 году к ним прибавилась библиотека в Братске, Усть-Уде и Черемхове. В дополнительный набор на 2021 год попали Усть-Илимск и Усолье-Сибирское. Проектом подразумевается не просто ремонт. Должны возникнуть настоящие интеллектуальные и образовательные центры, которые сочетают в себе красивый дизайн, комфортность пространства и доступ к новейшим информационным технологиям. Для того чтобы получить средства, библиотеки разрабатывают концепцию развития, основанную на запросах своих читателей. Предъявляются и другие требования. Капитальный ремонт необходимо сделать за счет местного бюджета, в штате должно быть минимум два сотрудника. Грант из федерального бюджета выдается на текущий ремонт, приобретение мебели и оборудования, стажировку персонала и обновление книжного фонда. Все это на конкурсной основе. Библиотеки пишут заявки, а заявки передаются от имени губернатора.
Проект сработал. Если раньше в муниципалитетах частенько можно было услышать сомнения в необходимости библиотек вообще, то сейчас четко ясно: федеральная власть заботится о сети учреждений самого первого уровня. Вопрос «нужны – не нужны» больше не стоит. Вопрос в другом: какие нужны? Когда у нас стали появляться модельные библиотеки, мы поняли, что сидеть и ждать финансирования – это неправильная позиция. Необходимо самим сделать так, чтобы библиотеки стали нужными и востребованными. Тут можно провести такую аналогию: если холодильник сломался, можно сделать из него полку для книг или поставить на него цветочный горшок, но рано или поздно он окажется на свалке.
ДЕЛАТЬ МИР ПОНЯТНЕЕ
– Чем отличается современная библиотека от библиотек прошлого?
– Даже люди, имеющие академическое образование, зачастую зациклены на модели библиотеки эпохи Просвещения: «Книга источник знаний». Книжек раньше было не так много, и библиотека обладала монополией на информацию. Теперь книг столько, что более 90 процентов фонда нашей библиотеки дома держать просто невозможно, да и бессмысленно. В России только общедоступных библиотек 37 тысяч, это не считая школьных или библиотек Академии наук. Сейчас большим тиражом для научных изданий считается 3–5 тыс. экземпляров. Это узкоспециализированные книги, которые распределяются по сети научных библиотек России. Невозможно представить себе 100 тыс. Александрийских библиотек, да это никому и не надо.
Библиотечное дело - это система, и как система она сильна. Базовая сущность библиотек никуда не делась, ее нужно только модернизировать, используя современные технологии. Базовую библиотечную задачу мы для себя формулируем так: «Делаем мир понятнее». Школа учит, больница лечит, мы делаем мир понятнее. Тезис не укладывается в слово «просвещение». Это специфическая функция, которую больше не делает ни один социальный институт. И она остается вне зависимости от текущей политической конъюнктуры или успехов технического прогресса.
– Но как этого добиться? Как сделать мир понятнее?
– Прежде всего стоит решить, из чего складывается функционал библиотеки как учреждения. Сначала следует определиться с тем, «что должно». Например, базовые библиотечные задачи. Мы должны уметь собирать каталоги, систематизировать информацию даже на этапе отбора книг в фонд библиотеки. Однажды читательница пожаловалась, что у нас на стеллажах мало книг автора женских романов Екатерины Вильмонт. Всего две полки, а надо хотя бы пару стеллажей! Конечно, нам проще заставить полки ходовой, массовой литературой. Но тогда мы, как универсальная научная библиотека, попросту перестанем выполнять свою задачу. Во-первых, нам следует художественный вкус немного воспитывать. А во-вторых, мы должны подбирать литературу для различных профессионалов и экспертов. Например, нам присылает книги Российский фонд фундаментальных исследований, который выпускает уникальные издания тиражом 100–300 экземпляров. Они не продаются в розницу, а попадают только в сеть научных универсальных библиотек. Сохранение подобной литературы – наша главная задача.
Второе – «что можно». Нам можно вести предпринимательскую и другую приносящую доход деятельность. Можно заниматься проектной деятельностью или создавать аудиогиды. То, что можно делать библиотеке по закону как хозяйствующему субъекту, – это пространство возможностей, в рамках которого можно расширять перечень услуг, продуктов и сервисов для людей.
Третье – это «что нужно». Мы стараемся находить социальные проблемы, в решении которых можем оказать помощь. Например, у инвалидов-колясочников должна быть возможность бывать где-то помимо дома. Не просто прийти в место, где развлекут, а быть вовлеченным в жизнь, в социум. Отдел внестационарного обслуживания и обслуживания маломобильных пользователей, пожалуй, самый посещаемый отдел в нашей библиотеке. В прошлом году на площадке «Молчановки» открылась инклюзивная театральная студия «Открытая рампа». Это творческое театральное пространство, где люди с ограниченными возможностями получили возможность заниматься любительским театром. Профессиональные артисты обучают их сценическому движению и речи. Активисты самостоятельно ставят любительские спектакли.
«СОЦИАЛЬНЫЙ ХАБ»
– Получается, что зародился формат этакой «ивент-библиотеки»? Или это нечто большее?
– В концепции для модельных библиотек заложено две идеи: библиотека - это «третье место» и «центр интеллектуального досуга». Мы предлагаем рассмотреть еще одну идею: библиотека – это «социальный хаб» или «центр жизни местного сообщества». Публичная библиотека должна выступать площадкой, интегрирующей разные сообщества и представителей социума: власть, бизнес, образование, кого угодно. У нас ведь как система работает? Наверху определили национальную цель, а дальше задача спускается вниз по вертикали до уровня конкретного поселения. И получается, что на главу поселения наряду с обязанностью решения хозяйственно-бытовых вопросов обрушивается распоряжение, например, «увеличить продолжительность жизни до 87 лет». Ну и как ему это сделать?
Мы придумали проект под названием «Библиотеки для власти, общества, личности». Он включает девять направлений, посвященных здоровью, туризму, экологии, образованию, краеведению, а также помощи детям, молодежи, инвалидам и пенсионерам. Все они обозначены в стратегических задачах социально-экономического развития страны. За каждым направлением закреплена опорная библиотека, координирующая деятельность всех библиотек региона по определенному профилю. Идея заключается в том, чтобы помочь библиотекам региона стать современными, удобными и привлекательными социокультурными центрами, неформальными центрами для гражданских инициатив, научить и стимулировать их заниматься социальными проектами. Ведь в сердце каждого такого проекта есть недостающее зерно информации. Эту часть и берет на себя библиотека. Плюс интеграцию местного сообщества вокруг решения самых острых проблем. Так включается механизм общественно-государственного управления.
Федеральные деньги по нацпроектам идут двумя способами. Средства могут поступать напрямую в учреждения. Второй путь – получение субсидий некоммерческими организациями, которые сами организуют проекты в сфере культуры, образования и так далее. В 2018 году трое сотрудников нашей библиотеки учредили некоммерческую организацию «Буквица». «Буквица» – это наш опытный полигон, где мы пытаемся доказать, что можно совмещать деятельность библиотеки с непосредственной помощью людям. То есть библиотека в сотрудничестве с некоммерческими организациями может решать разнообразные проблемы жителей.
На мой взгляд, чем меньше населенный пункт, тем глубже библиотека должна быть вовлечена в проблемы жителей. При этом учреждение должно понимать, в чем его назначение. Если из триады «что должно», «что можно», «что нужно» убрать «что должно» – получится клуб, собес, НКО – что угодно, но не библиотека. Если забыть про «что можно», получается, что библиотека свою социальную задачу осознает, видит социальную проблему, но не имеет ресурсов ее решить. А если убрать «что нужно»? Это то, какими были библиотеки в нашем регионе до 2013 года. Ты этими инструментами пользуешься, проводишь какие-то абстрактные мероприятия, но не понимаешь, зачем тут люди-то ходят? Формально заполняемость поднимается, но в действительности библиотека не нужна, она работает, только чтобы оправдать свое существование перед учредителем.
ВРЕМЯ СТАЛО МЕСТОМ
– Очевидно, библиотеки меняются быстрее, чем мы успеваем это осознать. И все-таки от вас, человека, привыкшего ломать стереотипы, хотелось бы услышать прогноз, какими станут библиотеки будущего.
– Самое слабое звено в деле модернизации библиотечного дела – это зачастую сами библиотекари. Основная проблема – это стереотипное мышление. Человек, который не готов меняться, в современной библиотеке просто не может работать. Для него здесь будет некомфортно. Даже психологический профиль профессии изменился. Теперь библиотекарь не может позволить себе быть интровертом. Его работа складывается из бесконечного общения с людьми. Кроме того, современный библиотекарь должен обладать навыками социального проектирования. Должен уметь почувствовать социальную проблему, понять, что сейчас нужно людям и как воспользоваться тем, что законом не запрещено, реализовав функцию «что должно», сделать так, чтобы людям жилось легче.
На первое место выходит медиаграмотность. Я сейчас слежу за отношением директоров библиотек к работе в медиа- и соцсетях. К сожалению, пока нельзя сказать, что они осознали значение работы в интернете. Считается, что это вроде как «модно» и «надо». Но понимают, как работать в глобальной сети немногие. Начиная с апреля этого года сеть для библиотек больше не дополнительная опция. Библиотека всегда там, где ее читатель, а значит, отныне умение работать в интернете – необходимость. Мероприятия уходят в онлайн. Коронавирус изменил мир – время стало местом. Теперь мы встречаемся не в физическом пространстве, а собираемся в определенное время перед монитором. Человек действует, когда испытывает потребность в чем-то, причем зачастую не осознавая эту потребность. Наша задача не только откликаться на запросы людей, но и создавать тренды. Главная проблема современного человека в чем? Эпоха дефицита закончилась, теперь во весь рост стоит проблема выбора. Библиотека должна помогать сделать осознанный выбор, быть куратором. Из огромного пространства выбора сокращать количество вариантов, причем без потери качества.
Приведу такой пример. Один из залов Третьяковской галереи целиком посвящен картине Александра Иванова «Явление Христа народу». Это гигантское полотно, которое нужно рассматривать в целом и по частям. В паре соседних залов размещены фрагменты картины, которые можно рассмотреть более детально. Библиотека как экскурсовод, она словно берет человека за руку и говорит: «Отойди чуть подальше, и ты увидишь еще ряд деталей, которые смогут повлиять на восприятие картины». Или наоборот. Библиотека занимается чем-то подобным: задает фокус, привлекает внимание. И мир становится понятнее.
Вадим Мельников / ИА «Альтаир». Фото автора и Алексея Сулимова
https://altairk.ru/new
